Поиск Кабинет

Поликистоз почек: потеря ориентации и перевоплощение тканей

Студенты и преподаватели, научные журналисты и пациенты — все мы работаем над тем, чтобы привлечь внимание к редким болезням. Мы хотим, чтобы «медицинская экзотика» перестала пугать врачей и пациентов и чинить препятствия к своевременной диагностике; диагностике, которая может спасти жизни! Поэтому наш проект «12 месяцев» продолжает свою работу. И сегодня мы останавливаемся на теме поликистоза почек. Традиционное видео по теме: 

«– Вот это упала, так упала! – подумала Алиса.

…И она попробовала сделать реверанс. Можешь себе представить реверанс в воздухе во время падения? Как, по-твоему, тебе бы удалось его сделать?»

Давайте вспомним приключения Алисы в стране чудес. В начале сказки героиня упала в глубокую нору и летела так долго, что теряла счет времени и понимание пространства. Она как будто попала в такое месте, которое не поддавалось никаким известным законам физики. Она потеряла ориентир.

Как говорят врачи, поликистозная болезнь почек (ПБП) — это группа хронических наследственных заболеваний, которая характеризуется необратимым поражением почек, печени и даже поджелудочной железы.

У обычных людей почки представляют собой систему трубочек и канальцев, способную очищать кровь и образовывать мочу. Это своеобразный фильтр, который пропускает через себя бочку крови (до 200 литров) каждый день и очищает ее от токсических продуктов. При поликистозе в течение жизни тонкая архитектура почки меняется, превращаясь в совокупность множественных пузырей - кист. Их источником становятся клетки эпителия почечных канальцев.

В какой-то момент наступает критический для пациента период, когда оставшиеся трубочки больше не могут справиться с нагрузкой. Нередко такое время возникает совершенно неожиданно для больного из-за длительного «штиля» в развитии симптомов и поздней диагностики.

 

Как формируются кисты?

Как же так получается, что клетки трубочек превращают их в пузыри? Дело в том, что заболевание возникает в результате мутации в генах, отвечающих за синтез важных белков, образующих «антенны» клеток, позволяющих им удерживать пространственную ориентировку – трехмерное позиционирование. Эти «антенны» называют первичными цилиями (ресничками)[1], они расположены на поверхностной мембране клеток. Реснички улавливают малейшие изменения среды в окружении клеток. Информация об измененных условиях передается клетке через молекулярные каналы, запускается каскад внутриклеточных химических реакций, приводящих к важным событиям. Например, к изменению цитоскелета клетки, а значит – ее формы, к размножению, открытию ионных каналов и другим событиям.

В клетках канальцев почек в центре внимания находятся белки полицистин-1 (РС1) и полицистин-2 (РС2), кодируемые генами PKD1 и PKD2, которые отвечают за адаптацию канальцев к определенному уровню жидкости в них. Антенны-сенсоры не работают, если их основные белки нефункциональны в результате мутации, нефроцит (именно так называются эпителиоцит почки) теряет пространственную ориентировку и начинают вести себя «странно», не так, как мы привыкли.

    Клетка проваливается в «кроличью нору». «Сломанные» белки не способны реализовать ответы через открытие каналов для ионов кальция и сбалансированной активации сигнальных путей. Снижение уровня внутриклеточного кальция перепрограммирует жизненный цикл: клетки почек непрерывно делятся, трубочка канальца образует пузырь, эта киста увеличивается в размерах за счет интенсивного размножения и выделении в кистозную полость жидкости.

Ученым известно еще как минимум 5 вариантов «поломанных» генов, в которых кодируется информация о различных белках клеточных «антенн». В зависимости от вида дефектного гена заболевание может наследоваться доминантно (называют еще «взрослым» типом) или рецессивно.

Доминантная (взрослая) форма болезни стартует в 30-50 лет. Она характеризуется повышенным артериальным давлением, выделением белка и крови с мочой, болью и постоянными мочевыми инфекциями. Помимо почек развивается поликистоз печени и поджелудочной железы, поражаются сердце и сосуды головного мозга, могут сформироваться воздушные полости в легких.

Рецессивная форма встречается намного реже, но она характеризуется более ранним и тяжелым течением; малыши могут погибнуть.

 

Почему это опасно?

«Всякий излишек противен природе» - говорил Гиппократ; лишняя вода, токсические продукты и продукты обмена веществ выводятся почками с мочой. Когда почки перестроены и не могут работать как положено, их функцию частично берут на себя другие органы: кишечник, легкие и кожа начинают функционировать вдвойне активнее. Но их стараний мало для того, чтобы предотвратить накопление токсинов. Поэтому через какое-то время организм отравляет сам себя. В начале это выражается отсутствием аппетита, апатией и головными болями. Постепенно растущая аутоинтоксикация приводит к уремии (или «мочекровию») и поражению центральной нервной системы.

Нельзя забывать, что почки вырабатывают ряд важных веществ и гормонов, регулирующие функции организма:

- ренин, отвечающий за артериальное давление и приводящий в избытке к его постоянному повышению;

- эритропоэтин, который заставляет костный мозг вырабатывать красные кровяные тельца – эритроциты, доставляющие кислород к тканям.

Кроме этого, в почках происходит активация витамина D, который помогает организму усваивать кальций и, следовательно, контролирует формирование и прочность зубов и костей.

 

Можно ли вылечить поликистоз?

До сих пор не найден такой метод лечения, который бы «ремонтировал» поврежденный генетический материал и устранял причины развития заболевания при поликистозе. Лечение может лишь снизить яркость возникающей болезни: контролировать повышенное давление, лечить повторяющиеся инфекции, снимать боль и проводить хирургическое удаление кист.

Поликистоз почек, как поезд со сломанными тормозами: мчится к конечной точке без остановок, а все лечебные мероприятия способны лишь снизить скорость его движения. И когда он достигнет станции «терминальная почечная недостаточность», единственным выходом будет заместительная терапия, которая включает гемодиализ и трансплантацию органа. Гемодиализ — это метод внепочечного очищения крови. Выполняется при помощи аппарата «искусственная почка», частично способный взять на себя утраченные функции.

Новые подходы к лечению направлены на клеточный метаболизм и выключение из работы тех или иных молекулярных путей и ферментов.

Список препаратов для лечения поликистоза почек, которые находятся на разных фазах клинических испытаний

Перспективным считается применение генной терапии путем воздействия при помощи микроРНК – коротких молекул, не кодирующих белки организма, но участвующих в регуляции работы генов и мРНК (матричных РНК – с них считывается информации о последовательности молекул в белке). Открыты различные виды микроРНК, способные как подавлять активность генов PKD1/PKD2 и обеспечивать рост кисты, так и увеличить образование белков антенн-ресничек для нормального функционирования. Получается, что гипотетические генные препараты могут быть направлены на две мишени: возможна доставка самих молекул микроРНК или введение их ингибиторов. В июне этого года стартовали первые этапы испытания на здоровых добровольцах препарата RGLS8429, который является ингибитором молекулы микроРНК-17, доказавший свою безопасность и эффективность у животных. Подробнее ознакомиться с исследованием можно на сайте ClinicalTrials.gov.

Новые генные лекарства могут помочь вернуть нефроцитам клеточные «антенны», восстановить пространственную ориентировку и остановить «падение в нору».

«Тут раздался страшный треск. Алиса упала на кучу валежника и сухих листьев.

Она ничуть не ушиблась и быстро вскочила на ноги. Взглянула наверх – там было темно. Перед ней тянулся другой коридор, а в конце его мелькнул Белый Кролик. Нельзя было терять ни минуты, и Алиса помчалась за ним следом».

Пристально следят за этими исследованиями фонды и пациентские организации:  фонд поликистозной болезни почек — Polycystic Kidney Disease Foundation; в России можно обратиться за помощью в профильную комиссию по нефрологии, а также в сообщество пациентов с поликистозом в социальной сети "Вконтакте".

 

[1] Первичные цилии (реснички) – выпячивания наружной мембраны клеток; они бывают двигательные и сенсорные. Первые обеспечивают движение жидкости вокруг клеток в определенном направлении или движение самой клетки. Сенсорные – за распознавание и передачу сигналов из внешней среды внутрь клетки и формирование ее ответной реакции.

 

 

Семейный сценарий

«Моя болезнь – это родовое проклятие»

Наша героиня, Алина, живет во Франции и преподает русский язык местным студентам. Она растит дочь и в свои 46 лет заново строит планы на будущее. Но так было не всегда. Елене диагностировали терминальную стадию почечной недостаточности и в прошлом году провели пересадку почки. Всю свою жизнь Елена жила в страхе перед редкой генетической патологией – поликистозной болезнью почек.

Жорж Сёра, "Эйфелева башня"

В нашей семье есть мутантный ген, который ведет к почечной недостаточности. Моя прабабушка умерла в 52 года, бабушка - в 44, мама - в 46… У них у всех все закончилось одинаково, поэтому долгое время я не видела счастливого сценария для себя. Я вообще думала, что моя болезнь – это родовое проклятие. Я искала информацию о том, в чем же виноваты мои предки. Оказалось, на четверть я волго-уральская татарка, а мои предки из-под Нижнего Новгорода. Для меня образ татар был как в фильме Тарковского “Андрей Рублев” – скачут на лошадях и всех убивают. Мне казалось, что я расплачиваюсь за то, что они натворили. На тот момент у меня была в голове целая мифология, оправдывающая мою болезнь. Затем в интернете я узнала, что моя поврежденная 16 хромосома – восточно-европейская. А это могло означать только то, что ген передался мне от славян. На самом деле, эта мутация не видит различий между нациями, она возникает и передается с одинаковой частотой независимо от пола, расы и этнической принадлежности.

Сейчас я начинаю понимать, что у меня затянулся процесс горевания, а своим бездействием я буквально хоронила свою жизнь.

 

Вскоре мама умерла

С самого детства мы с сестрами знали, что у нас в семье что-то не так. Родители особо подробностей не рассказывали. Все было очень туманно. Лет в 15 мама отвела нас со старшей сестрой на обследование, где мы узнали диагноз - поликистоз почек. Эти слова я очень быстро забыла, так как вообще не понимала, что это значит. Да и к тому же чувствовала я себя прекрасно.

Когда мне исполнилось 20, мама впала в кому из-за проблем с почками. Врачи говорили, что из-за отека мозга она скорее всего не очнется. Однако, к счастью, она проснулась. Друзья сказали мне: «Нужно, чтобы мама срочно крестилась».  Мама согласилась, хотя до того момента была неверующей. Не знаю, чудо это было или нет, но с тех пор я стала ходить в церковь. Вера вселила в меня надежду, а молитвы стали чем-то вроде медитации.

Гюстав Кайботт, "Улица Галеви, вид с шестого этажа"

Следующие 3 года я практически жила в больнице вместе с ней. Это было очень сложное время. Мне приходилось совмещать учебу и уход за мамой. Ждала, что она выздоровеет и ходила к ней в больницу, когда она там оказывалась. В конце концов нам объяснили, что единственным выходом может стать трансплантация почки. В то время транспланталогия не была так развита в России как сейчас, найти донорскую почку было очень трудно, к тому же, по слухам, операция стоила баснословных денег. И мы были готовы на всё, однако после года на диализе врачи сказали: «Ее сосуды уже этого не выдержат». Вскоре мама умерла.

Только когда с моей мамой все это случилось, я наконец начала понимать, что моя жизнь и жизнь моих будущих детей под вопросом. Я осталась один на один с этой ситуацией без какой-либо психологической поддержки. Когда она умерла, я пыталась как-то осмыслить происходящее, но у меня так и не получилось до конца принять свою болезнь. Сначала я ее отрицала, а потом впала в состояние горевания, и своим бездействием я буквально хоронила свою жизнь.

 

За моей спиной всегда стояла смерть

Мне казалось, что во мне есть какой-то скрытый дефект, который мешает мне полноценно жить. Все это влияло на мою самооценку и на отношения с парнями.  Моим сестрам было проще, они с самого начала заняли правильную позицию: посещали врачей и сдавали анализы. А вот мои походы в больницу приносили только стресс. Стены давили и постоянно напоминали о том, что каждую минуту здесь кто-то может умереть. Врачам в диагнозе я никогда не признавалась. Как будто бы если я сдамся и расскажу, то проиграю этот бой. Будто бы тогда все мои неудачи можно списывать на это. Поэтому я просто закидывала все мысли об этом в глубокий ящик. Было трудно принять на себя ответственность и начать что-то решать.

Все истории об этой болезни вызывали у меня желание спрыгнуть с Эйфелевой башниНо когда все стало совсем плохо, я, наоборот, решилась и «пошла к людям», стала искать в сети группы и форумы «единомышленников». Я нашла поддержку на русскоязычных сайтах.

Затем я забеременела. Врачи говорили, что с моим заболеванием рожать не нужно. Но на самом деле осложнений беременности при поликистозе не больше, чем без него. От рождения же второго ребенка меня остановил возраст. В 35-36 лет мне было страшно рожать снова. Я отсчитывала время от момента, во сколько умерла мама: «Вот когда я умру, моему ребенку будет 13 лет. А второму?». Мне казалось подлостью оставлять маленького ребенка одного. За моей спиной всегда стояла смерть.

В 2006 году я попала к врачу, который не объяснял и не рассказывал, что со мной происходит и зачем мне проверяться постоянно. Каждые полгода я сдавала анализы и слышала лишь: «Приходите через полгода». Каждый раз, выходя из больницы, легче вообще не становилось. Больше ходить к врачу я не стала, а затем и выпала из наблюдения на целых 10 лет. Внешне меня особо ничего не беспокоило, только усталость и повышенное давление.

 

 «Вам нашли донора…»

В 2017 мой гинеколог убедил меня сдать анализы. Креатинин был уже гораздо выше нормы и мне пришлось пойти к нефрологу. Молодая женщина-врач смогла сразу расположить к себе. Вот что делает хорошее отношение к пациентам!

Со временем анализы совсем ухудшились. Стало понятно, что мои почки уже не справляются со своими функциями. «Поговорите с Вашими родственниками или друзьями по поводу пересадки» - сказала врач. А как я могла? Мои родственники сами болеют, а у друзей я никак не могла такое попросить.

Средний срок ожидания почки во Франции с моей группой крови – чуть больше трех лет. Столько бы я не прожила, поэтому было решено начать гемодиализ. Мне сделали операцию и создали фистулу. Это случилось как раз в тот день, когда во Франции от коронавируса умер первый пациент. Началась пандемия и все перестало работать. Так я прождала 2 года. Гемодиализ все откладывался, два года я балансировала на краю. И вдруг, в конце 2021 года, мне позвонили и сказали: «Вам нашли донора». 

С пересаженной почкой нужно принимать препараты, которые подавляют иммунитет. Это нужно для того, чтобы организм не отторгал чужие органы и не началось воспаление. К счастью, серьезных побочных эффектов у меня нет. Морально и физически вся моя жизнь изменилась. Ощущаю себя будто заново родившейся, заново молодой и полной энергии. Только после пересадки я осознала, что не стоит растрачивать свои годы на страдания, ведь другой жизни у меня уже не будет.

 

Настрой — это врач болезни

Поликистоз хорош тем, что он предсказуем: известно, что будет и когда примерно это случится. Когда вы к чему-то готовы, у вас гораздо больше шансов на правильный выбор. Как говорят древние, настрой — это врач болезни. И выиграть достойную нормальную жизнь сегодня — это возможно. Тем более, что медицина развивается.

Сейчас я пишу книгу о своей болезни. Надеюсь, что мой опыт и мои ошибки помогут людям вроде меня. Я хочу им сказать, что не нужно замыкаться в себе и бояться говорить. Не нужно опускать руки. Если тяжело, то найти психологическую помощь и поддержку. Обратиться к специалисту, который понимает в долгоиграющих неизлечимых болезнях. Нужно соблюдать рекомендации и регулярно проверяться. И когда дойдет до терминальной стадии (и пусть это случится как можно позже), будет время все обдумать и подготовиться.

Клод Моне, "Вокзал Сен Лазар"

У меня ещё много планов: сменить место работы, переехать, получить дополнительное образование. Я счастлива, что наконец-то у меня есть определенность и возможность строить свое будущее.

Огромное спасибо всем врачам, особенно врачам-трансплантологам и ученым, которые ищут решения в области биотехнологий, вы действительно помогаете возвращаете людям нормальную полноценную жизнь, ваш труд – бесценен.

Материал подготовили: Михаил Мавликеев, Ирина Сорочану, Кристина Блицын, Виктория Рыжкова, Роман Деев

 

Подписаться на новости
586
Дата: 13 ноября 2022 г.
© При копировании любых материалов сайта, ссылка на источник обязательна.
Подняться вверх сайта