Scientific legacy of Alexander Maksimov and modernity

Full Text

В историческом очерке представлены сведения, в том числе ранее не опубликованные, о жизни и научном поиске профессора Императорской Военно-медицинской академии выдающегося отечественного ученого Александра Александровича Максимова. На основании литературных источников и архивных документов прослежена эволюция взглядов А.А. Максимова на проблемы гистогенеза и регенерации соединительных тканей и крови.

Активное внедрение метода тканевых культур в России, гипотеза о существовании «полибластов», экспериментально-научное обоснование унитарной теории кроветворения, введение в науку понятия о стволовых клетках - вот лишь немногое заслуги А.А. Максимова, на основе которых разрабатывается современная клеточная биология и регенеративная медицина не только в России, но и во всем мире.

Бурное развитие биотехнологии в медицине на рубеже XX - XXI веков было бы невозможно без фундаментальных открытий в области классической гистологии. Несомненно, значительный вклад в эту область сделал выдающийся отечественный гистолог Александр Александрович Максимов. Судьба профессора А.А. Максимова во многом интересна. Выдающиеся успехи в науке и карьере, Россия на изломе веков, революция и гражданская война, эмиграция. Далеко не все разделяли взгляды и поддерживали А.А. Максимова на родине, многие не поняли его эмиграции и как следствие, на него обрушились клевета, наветы и годы забвения. Вместе с тем, благодаря тому, что он продолжил свои труды, имя его не осталось затерянным, как имена многих тысяч наших уехавших соотечественников.

Александр Александрович Максимов родился 22 января 1874 года в Санкт-Петербурге в православной купеческой семье; крещен 10 марта в Екатерининской церкви при Императорской академии художеств [16].

Желая дать сыну хорошее образование, родители в 1882 году определили его в частную немецкую гимназию Карла Мая. Гимназия находилась на 10 линии Васильевского острова и была совершенно особым учебным заведением в ряду петербургских гимназий. Преподавание в гимназии велось в соответствии с новыми веяниями в педагогике, в духе К.Д. Ушинского и Н.И. Пирогова: в ней готовили всесторонне развитых юношей, готовых к труду, полезному для общества [4].

Учился Александр Александрович великолепно. Средний бал в те годы подсчитывали вплоть до сотых и по каждому предмету. В архивах сохранились классные журналы, из которых следует что, например, средний бал в выпускном - восьмом классе у А.А. Максимова составил 4,69 [8]. Так успевали только единицы. Как и следовало ожидать, Александр Максимов окончил гимназический курс первым среди всех с получением золотой медали. В том же 1891 году он поступил в Императорскую Военно-медицинскую академию. Еще во время обучения в академии он выполнил свои первые научные работы, а за исследование «Гистогенез экспериментально вызванного амилоидного перерождения печени у животных» опубликованное в журнале «Русские архив патологии, клинической медицины и бактериологии» он был удостоен Золотой медали [19].

В 1896 году А.А. Максимов окончил академию лучшим из 109 выпускников, ему присудили премию профессора И.Ф. Буша с занесением его имени на почетную мраморную доску [5]. После окончания академии он был прикомандирован к Клиническому военному госпиталю, а позже, как пишет сам Максимов в автобиографии, «...после сдачи экзаменов в 1896 году получил врачебный диплом, поступил на военную службу и был назначен на пост преподавателя патологической анатомии Военно-медицинской академии на три года» [34]. За это время из-под его пера выходят несколько работ описательного характера. Исследование «К вопросу о патологической регенерации семенной железы» (1898), выполненное на стыке сопредельных научных дисциплин - гистологии, патологической анатомии и физиологии, стало диссертацией на степень доктора медицины. В ходе этой работы им были выполнены хронические эксперименты на разнообразных животных. А.А. Максимов проследил гистологические изменения при воспалительной реакции: миграцию лейкоцитов крови, их деятельность и трансформацию в месте повреждения, пролиферацию фибробластов и организацию рубца [10]. Дальнейшее развитие этой темы стало возможно в заграничной научной командировке, которую он совершил в 1900-1901 годах.

Все больше А.А. Максимова занимала проблема образования соединительной ткани при воспалении, к которой он подошел в своей докторской диссертации. В декабре 1900 года он приезжает во Фрейбург и здесь работает в лаборатории Эрнста Циглера [12]. Эта деятельность предопределила следующий период исследований А.А. Максимова. Патолог и иммунолог Э. Циглер в это время был занят разрешением вопросов, касающихся природы и значения воспалительной реакции, поэтому молодому врачу из России было поручено изучить морфологические аспекты воспаления, а именно воспалительное новообразование соединительной ткани. Вот что сам А.А. Максимов пишет об этой своей работе: «В 1902 году мной был опубликован труд, в котором были классифицированы различные типы соединительной ткани и описаны клеточные элементы нормальной соединительной ткани. Специальное внимание было уделено роли, которую играют лимфоидные элементы - «полибласты» - в гематогенезе. Была доказана их связь с жизненной активностью ткани и возможностью прогрессивного развития» [34]. Термином полибласт А.А. Максимов предложил называть клеточные элементы, имеющие вид малого лимфоцита, выселяющийся из сосудистого русла в локусе воспаления [11]. Это понятие скорее временное, собирательное; отражает чрезвычайно широкие дифференцировочные потенции этих клеток. А.А. Максимов наблюдал не только их выселение, но описал реакцию бласттрансформации, участие в воспалении этих клеток - фагоцитоз, амебоидное передвижение, а также дифференцировку в гистиоциты, фиброциты [14]. Много позже, в 1927 году, американский профессор и друг А.А. Максимова Ч. Фут писал ему в письме: «Большое спасибо за оттиски Ваших статей и статей Ваших учеников, которые я получил и большую часть которых прочитал. Я очень рад иметь их в своей библиотеке. Ваша работа о лимфоцитах,... очень воодушевила меня. Эти работы показали мне, что я задолжал Вам публичное признание. Вы наверняка помните, что в 1925 году я говорил, что если Вы сможете показать лимфоцитарное происхождение «полибласта», тогда никакого другого более подходящего названия не может быть придумано. Теперь Вы полностью все это доказали» [34].

В 1903 году был объявлен конкурс на замещение должности профессора кафедры гистологии и эмбриологии Императорской Военно-медицинской академии. Конференция академии (ученый совет) избрал его руководителем кафедры [25] (рис. 1). С этого момента на кафедре начинаются активные научные исследования в области гистогенеза крови и соединительной ткани. Доведя гистологическую технику до искусства, используя лишь метод изучения переходных форм, А.А. Максимову удалось проследить основные этапы гистогенеза соединительных тканей и крови у различных животных, как в эмбриональном, так и постнатальном периодах [3, 9]. Выводы, сделанные им, свидетельствовали в пользу того, что все клетки крови развиваются из одного предшественника, который имел вид лимфоцита. Впервые А.А. Максимов сформулировал это положение в статье опубликованной на немецком языке в 1909 году - «Лимфоцит как общая стволовая клетка разнообразных элементов крови в эмбриональном развитии и постфетальной жизни млекопитающих». Результаты, полученные А.А. Максимовым на основании изучения статичных препаратов, удивляют. Он не только определил внешний вид гипотетической клетки - малый лимфоцит, но и высказал положение, что подобные предшественники, характеризующиеся чрезвычайно широкими дифференцировочными потенциями имеются в тканях не только на эмбриональной стадии, но и во взрослом организме [13]. В этой работе профессор А.А. Максимов впервые в отечественной науке использовал термин «стволовая клетка». Было бы необоснованно приписывать ему введение в научную литературу этого обозначения, что делается в ряде современных работ [26, 27]. Как справедливо указывают В.П. Михайлов и Г.С. Катинас (1977) этот термин - stammzelle, впервые был использован H. Schridde (1907) [17]. Уточним, что стволовыми клетками Н. Schridde называл недифференцированные клетки эпителия передних отделов кишечной трубки в ходе эмбриогенеза [32]. Между прочим, именно им Н. Schridde отводил решающую роль в канцерогенезе. Несомненной заслугой А.А. Максимова является то, что он выдвинул положение о стволовых клетках во взрослом организме, в частности, о стволовой клетке крови.

Рис. 1. Профессор Императорской Военномедицинской академии Александр Александрович Максимов, 1900-е годы.

Эксперименты с животными не всегда давали ответ на возникающие вопросы. А.А. Максимов настойчиво внедряет в своих исследованиях новый метод экспериментальной гистологии - метод тканевых культур. Наблюдать ткань при жизни, изучать процессы жизнедеятельности и морфологические изменения, связанные с ними - таким условиям отвечал этот метод, который широко стал использоваться гистологами всего мира.

Соединительная ткань оказалась благодарным объектом для изучения, она успешно культивировалась вне организма. Результатом этих исследований стала монография, в которой подробно описан метод и охарактеризована морфология основных клеток соединительной ткани в культуре. Изучение столь серьезного вопроса как происхождение клеток крови их жизненных потенций и дифференцировки требовало постановки множества экспериментов, поэтому А.А. Максимов публикует целую серию научных работ под общим заголовком «Изучение крови и соединительной ткани», каждая из которых была посвящена какому-либо одному аспекту изучаемой проблемы, причем процесс кроветворения рассматривался им с позиции онто- и филогенеза. Всего вышло десять таких статей. Изучение отношений между различными клетками соединительной ткани и лейкоцитами крови послужило основой для концентрации внимания на процессах гемопоэза и гистогенеза кроветворных органов у представителей различных классов позвоночных [3]. Именно поэтому нельзя согласиться с мнением о том, что концепция А.А. Максимова об унитарном гемопоэзе является гениальным предсказанием [30], это результат многолетнего титанического труда.

После событий 1917 года возможность посещать зарубежные конгрессы исчезла, кроме этого, несмотря на титанические усилия командования Академии, разруха настигла и многие лаборатории. Работать становилось практически невозможно. Холод, голод, отсутствие электричества, стрельба на улицах не способствовали продолжению научных разработок. Тем не менее, по свидетельству Н.Г. Хлопина, Александр Александрович все время проводил за своими исследованиями [29]. Не смотря на тяжесть условий, он выполнял их настолько блестяще, что они надежно легли в фундамент унитарной теории кроветворения, но опубликование их результатов затягивается до 1925 года.

Следует отметить, что признание А.А. Максимова росло. В 1919 году его избирают профессором эмбриологии Петроградского университета [34]. Как следует из архивных документов, собранных профессором А.А. Клишовым, в ноябре 1920 образовались 3 вакансии членов-корреспондентов Академии Наук [20]. Академики И.П. Павлов и И.П. Бородин сразу же предлагают А.А. Максимова в качестве кандидата и сопровождают свое ходатайство запиской о его ученых трудах [18, 21]. 1 декабря на заседании физикоматематического отделения АН при баллотировке профессор А.А. Максимов был избран единогласно [22], о чем было объявлено 29 декабря на торжественном собрании [23].

Все же в эти годы сложилась ситуация, когда продолжать исследования и публиковать их результаты в России стало для А.А. Максимова почти невозможным. Зимой 1922 года он покинул Россию. Отъезд А.А. Максимова весьма чувствительно восприняли его коллеги, так Н.Н. Аничков на заседании Конференции Академии в своей эмоциональной речи заявил: «Отъезд проф. Максимова наносит жестокий удар не только Академии, но и всей русской науке, так как мы лишились первоклассного ученого, имя которого пользовалось всемирной известностью. А.А. Максимов один из самых выдающихся питомцев академии...» [1]. Первый Всероссийский съезд анатомов, гистологов и эмбриологов, состоявшийся в том же 1928 году, прошел уже без А.А. Максимова, что не могло не сказаться на его результативности.

Как отметил академик В.В. Куприянов, в 1922 году был разрешен выезд всем кто пожелает, и он (А.А. Максимов) уехал, найдя для себя более целесообразным работу в зарубежном ВУЗе [28]. Все же этот шаг больно ударил не только по Военно-медицинской академии, но и по всей отечественной науке. Уже 15 декабря 1928 года состоялось заседание Академии Наук СССР по вопросу «о лицах из ученого состава АН, утративших связь с АН в виду выезда за границу» [24]. Было утверждено положение, согласно которому на уехавших авторов «не разрешается печатать сведения и ссылаться» [24]. Уже с этого момента гистология, эмбриология и анатомия как науки не были представлены в АН СССР.

Именно поэтому последние годы А.А. Максимова вызывали так много домыслов. Находились авторы, публиковавшие плоды воспаленной фантазии о том, что А.А. Максимов оказался бесплоден как ученый, и не найдя себе достойного места за рубежом покончил жизнь самоубийством. Однако следует отметить, что работа А.А. Максимова после отъезда из России была чрезвычайно активна и плодотворна [4, 6] (рис. 2). В апреле 1922 года А.А. Максимов начал работу в качестве профессора кафедры анатомии и возглавил работу лаборатории экспериментального исследования тканей в Чикагском университете. В числе выполненных исследований - эксплантация и культивирование тканей молочной железы, в котором А.А. Максимов делает смелые и справедливые предположения о механизмах канцерогенеза; изучение коллагеногенеза in vitro, где было доказано его экстрацеллюлярное формирование; серия работ по заражению тканей легкого микобактериями туберкулеза in vitro, в которых был детально прослежен гистогенез туберкулезных бугорков и выяснена природа эпителиоидных клеток [3, 4, 6].

Рис. 2. А.А. Максимов — профессор Чикагского университета, 1920-е годы.

Попав в благоприятные экономические условия, он продолжил свои исследования гистогенеза соединительной ткани и крови на новом витке творческих сил. Множество разработок в этой области обобщены им в блестящей монографии «Соединительная ткань и кроветворные ткани».

Этот фундаментальный труд А.А. Максимова также содержит критический и полный обзор литературы по предмету и основательные обобщения доминирующих гипотез, теорий и фактов, существующих в этой противоречивой области гистологии. Кроме того, эта работа снабжена большим количеством великолепных иллюстраций, выполненных самим А.А. Максимовым. Как бы подводя итог своей более чем двадцатилетней работе, он позиционирует учение о полибластах и стволовых клетках [15]. Более того, высказывает мнение о существовании в дефинитивных тканях клеток-предшественников для соединительных тканей, обозначая их как стволовые мезенхимальные клетки[15]. В это понятие он вкладывал не только их эмбриональное происхождение, но и дифференцировочные потенции, способность к прогрессивной дифференцировке во все виды соединительных тканей при постнатальном развитии, например при репаративном гистогенезе. Данная идея была с пониманием встречена многими специалистами [31, 32].

Трудно переоценить прикладное значение этих открытий. Подтвердив справедливость выводов А.А. Максимова, Тилл и Маккулох, с учетом новых методических приемов экспериментально доказали наличие в костном мозге общих предшественников для всех клеток крови. Это явление стало фундаментальным обоснованием таких лечебных манипуляций, как трансплантация костного мозга, являясь основой современной онкогематологии, и уже спасло жизни не одной тысяче человек. Исследования последних лет также свидетельствуют в пользу того, что во взрослом организме имеются предшественники для стромальных клеток, клиническое использование которых также перспективно в лечении ряда патологических состояний органов опорнодвигательного аппарата [2, 7].

Немало было сделано для подготовки учеников, как в России, так и за рубежом. Собственный учебник А.А.Максимова выдержал три издания в нашей стране. Незадолго до смерти он принялся за подготовку американского варианта руководства по гистологии. В. Блюм пишет об этом: «Что касается учебника, текст его закончен приблизительно на три четверти Издатели желают выпустить эту книгу,

если я смогу показать им, что её возможно закончить» [34]. Современники считали издание этого учебника очень важным. Х. Доуни из университета Меннисоты писал В. Блюму: «Я очень рад узнать, что Вы будете заканчивать последние публикации доктора Максимова и его учебник. Будет огромной потерей не завершить этой работы» [34].

Вышедший учебник вполне оправдал надежды ученых. Благодаря В. Блюму, сменившему А.А. Максимова на его посту в Чикагском университете, только в США было подготовлено семь посмертных изданий учебника по гистологии, большинство врачей старшего и среднего возрастов учили морфологию именно по ним. Кроме того, четыре издания вышло в Испании, одно в Португалии и одно в Корее [2, 3]. До сих пор эти учебники являются классическими образцами иллюстрированных руководств по гистологии. Многие рисунки из учебников А.А. Максимова входят в качестве иллюстраций и в современные учебные пособия (рис. 3). Профессор университета Цинциннати Ч. Фут, восторгаясь рисунками, признавался ему в письме (18 июня, 1927): «Ваши иллюстрации являются наиболее красивыми среди большого количества рисунков, что попадали в поле моего зрения с 1910 года, я чрезвычайно завидую Вашей способности создавать такие красивые и в то же время правдивые микроскопические ландшафты» [34].

Рис. 3. Культура тканей тимуса, микрофотография (а) и рисунок (б) А.А. Максимова, 1927 г.

Сохранились воспоминания о том, что Александр Александрович тосковал по России и всегда надеялся вернуться. Напряженная работа и разрыв с Родиной, российскими друзьями и коллегами негативно сказались на его здоровье. Участились приступы стенокардии. А.А. Максимов для укрепления здоровья предпринимает путешествие. Он посещает южные города США и Европы. Однако из-за прогрессирования болезни путешествие пришлось прекратить. 4 декабря 1928 года его сердце перестало биться. Известие о смерти А.А. Максимова печальным эхом прокатилось по всей Европе, Америке и России. Многочисленные некрологи полные горечи и уважения свидетельство тому. Среди авторов были Н.Г. Хлопин, Ф. Виденрайх, В. фон Мёллендорф, Л. Ашофф, В. Блюм. Вспоминая о своем учителе, В. Блюм писал в некрологе: «Независимо от того, что принесет будущее в области изучения крови и соединительной ткани, я более чем уверен, что наблюдения Максимова, которые были сделаны на высочайшем экспериментально-гистологическом уровне, все равно будут иметь значение. Они будут представлять основу для дальнейших разработок по вопросам нормальной и патологической гистологии, гистогенезу крови и соединительной ткани, области, которую он сделал такой интересной» [34].

Автор выражает глубокую признательность коллективу кафедры гистологии Военно-медицинской академии за помощь в работе, лично профессору Р.К. Данилову за возможность пользоваться архивом А.А. Максимова; а также Д.А. Александрову, К. Бартону, Н.В. Благово, А.А. Заварзину, И.Ф. Коган, И.Э. Константинову.

About the authors

R. V. Deev

Author for correspondence.
Email: osteon-spb@mail.ru
Russian Federation, Saint Petersburg

References

Supplementary files

Supplementary Files

Action

1. JATS XML

Download

2. Figure 1. Professor of the Imperial Military Medical Academy Alexander Aleksandrovich Maksimov, 1900s.

Download (38KB)

Indexing metadata

3. Figure 2. A.A. Maximov is a professor at the University of Chicago, 1920s.

Download (35KB)

Indexing metadata

4. Figure 3. Thymus tissue culture, micrograph (a) and drawing (b) by A.A. Maksimova, 1927

Download (139KB)

Indexing metadata