Поиск Кабинет

Интервью с руководителями TERMIS Stephen F. Badylak и Georg Feichtinger

Беседовал Роман Деев Редактор перевода Ксения Юрьева

На вопросы КТТИ отвечают Президент Международного общества тканевой инженерии и регенеративной медицины (TERMIS) Stephen F. Badylak и председатель студенческого отделения TERMIS-SYIS на международном конгрессе 2012 года Georg Feichtinger

Президент Международного общества тканевой инженерии и регенеративной медицины (TERMIS) Stephen F. Badyla-Недавно в Вене завершился TERMIS-2012, каковы Ваши впечатления от последнего конгресса? -Международный конгресс TERMIS прошедший в Вене был необычайно успешным во всех смыслах. Посудите сами: более 2000 участников, потрясающее историческое здание, всеобъемлющая программа от фундаментальной науки до клинических приложений, а также живой интерес как со стороны коммерческих компаний, так и научного сообщества.

-Расскажите, пожалуйста, историю создания научного общества TERMIS и его основные задачи. Для чего оно создавалось? -Научное общество TERMIS (Tissue Engineering and Regenerative Medicine International Society) образовалось из Международного общества тканевой инженерии (TESI, Tissue Engineering Society International), которое в свою очередь было основано в 1996 году. Расширение, затронувшее изменение в названии организации, пришлось на 2001 год, когда биология стволовых клеток и расширение предметной области в целом стали очевидными. Рост количества постоянных членов с менее чем 100 в 2001 году, до 4500 на этом конгрессе, является поистине феноменальным. У нас существует равноценное представительство  всех трех отделений сообщества: американского, европейского и азиатского. Кроме того, около 25% членов сообщества — студенты, что дает большие надежды на будущее. Интерес студентов и молодых исследователей в этой области ошеломляющий, и, очевидно, что этот интерес будет только расти, при соответствующей поддержке.

-Как Вы оцениваете работу TERMIS? Чем Вы гордитесь больше всего? -За последние несколько лет у TERMIS было много достижений, включая ратификацию Устава нашим азиатским отделением, организацию международной стипендиальной программы по тканевой инженерии и регенеративной медицине (FTERM),  организацию тематических групп, интеграцию  ветеринарного общества регенеративной медицины (Veterinary Regenerative Medicine Society) и общества челюстно-лицевой тканевой инженерии (Oral and Maxillofacial Tissue Engineering Society) в TERMIS, а также увеличение количества постоянных членов TERMIS (мы почти выросли до 4500 человек). Эти достижения — результат превосходного руководства трех отделений TERMIS и энтузиазм по отношению к самому предмету наших исследований. На настоящий момент я не разочарован ни в одном аспекте работы нашей организации.

-Какие формы сотрудничества существуют между TERMIS и научными сообществами или научными журналами? -Официальный журнал TERMIS – это «Tissue Engineering», как бы то ни было материалы с некоторых наших конференций печатаются и в других журналах. Кроме того, TERMIS иногда объединяет конференции с другими сообществами, такими например, как Общество биоматериалов (Society of Biomaterials). Тем не менее, формирование тематических групп в рамках TERMIS позволяет сейчас другим дисциплинам активно и агрессивно продвигать свои интересы под эгидой TERMIS. Любые сообщества в России, которые стремятся к совместной работе или к совместному проведению мероприятий с TERMIS могут свободно контактировать с руководством TERMIS.

-Я знаю, что существует TERMIS-SYIS. Зачем он создавался? -Студенческое отделение TERMIS — это живой быстро меняющейся сегмент, который подает большие надежды на будущее нашей дисциплины и нашего общества в целом. Три новых совета открылись в TERMIS, один из которых позволяет членам SYIS напрямую участвовать в некоторых мероприятиях TERMIS. Я очень рад видеть такую активность со стороны студенческого отделения.

-В этом году TERMIS  проводился вместе с Bone-tec,  с какой целью это было сделано? -На самом деле TERMIS не проводился вместе с Bone-tec. TERMIS поддерживает большое количество научных конференций после одобрения нашего международного  комитета. Если я правильно помню, конференция Bone-tec была поддержана комитетом TERMIS, но конгресс сам по себе не был совместным. Тканевая инженерия и регенеративная медицина имеет отношения почти ко всем тканям, и кости — это лишь один из элементов предметной области.

-Какие тренды в тканевой инженерии существуют на сегодняшний день? -Существует много аспектов тканевой инженерии включая культивирование клеток и тканей, создания органов, технологии биореакторов, биологию стволовых клеток, биологию развития, и, конечно,  их клинические аппликации. Очевидно, что интерес к клиническим приложениям тканевой инженерии и регенеративной медицины, возрос за последнее время. Большое количество клинически ориентированных докладов в Вене, тому подтверждение. Биология стволовых клеток остается горячей темой в исследованиях.

-Какие области в тканевой инженерии, на ваш взгляд, заслуживают большего внимания со стороны исследователей? -Лично я был бы рад видеть большее количество специалистов в областях биологии развития и иммунологии, вовлеченных в тканевую инженерию. Эти 2 области очень важны по многим причинам, но в первую очередь потому, что если мы не поймем, как ткани и органы развиваются в норме, нам будет намного тяжелее стимулировать их к росту и регенерации с помощью новых методов. Аналогично, независимо от успехов в создании новых тканей и органов из синтетических или природных материалов, из различных типов стволовых клеток, или биоактивных молекул, конечный эффект в большей степени зависит от ответа организма-реципиента на имплантированный орган или ткань. Иммунологический ответ реципиента на сконструированные ткань или орган является критическим аспектом для понимания способов достижения наилучшего результата.

-Какие достижения в области тканевой инженерии, на Ваш взгляд, можно ожидать в ближайшие 10 лет? -Мне кажется, что создание органов наиболее увлекательная задача, из решаемых сейчас. Я верю и надеюсь, что искусственно созданный орган будет успешно трансплантирован человеку в течение 5-10 лет. Основываясь на прогрессивном развитии науки сегодня, я верю, что это возможно. Такое достижение позволит обойти проблему нехватки донорских органов и утвердит позиции тканевой инженерии и регенеративной медицины.

-Расскажите, пожалуйста, о Ваших собственных научных интересах. -Мои исследования нацелены на применение природного внеклеточного матрикса, в качестве скаффолда для тканевого реконструирования. Наша работа состоит не только как из фундаментальной науки, но и имеет клиническое приложение.  Мы очень горды тем, что на настоящий момент наши разработки применены на более чем 2 миллионах пациентов.

-На ваш взгляд, стоит ли ускорять процесс внедрения лабораторных разработок в клиническую практику, или лучше действовать медленнее и осторожнее в применении тканевой инженерии в медицине? -Клиническое приложение является целью большинства исследователей в области тканевой инженерии и регенеративной медицины. Как бы то ни было, это не означает, что можно срезать на этом пути. Нет другого метода ускорения процесса внедрения в клиническую практику, чем систематическая вдумчивая работа. Нет ни каких альтернатив тщательным тестам на безопасность, надлежащим доклиническим исследованиям, и фазовому вводу в клиническое использование.

-Как бы Вы оценили законодательство в области тканевой инженерии в различных странах? -Очевидно, что регулирующим органам суждено сыграть огромную роль в скорости, с которой технологии тканевой инженерии и регенеративной медицины будут предоставлены пациентам. Эта проблема заставляет нас старательно образовывать наши законодательное сообщество о достижениях и проблемах, с которыми сталкиваются исследователи в этой области. Аналогично, охрана интеллектуальной собственности является ключевым вопросом для новых инициатив и инноваций.

-Какие мероприятия ожидаются в TERMIS в 2013 году? -Будут проходит ежегодные научные конгрессы в каждом из трех отделений. Эти конгрессы стоят того, чтобы их посетить. Кроме того, TERMIS станет активнее и сможет предложить новые программы.

-На Ваш взгляд, почему так мало исследователей из России принимало участие в конгрессе TERMIS-2012? Что можно сделать, чтобы это исправить? -TERMIS пытается достигнуть всех стран, включая те, что были плохо представлены на прошедшем конгрессе, таких как Россия. Вообще это предмет для дискуссии на  заседании Правления TERMIS, необходимо взять шефство над Россией, организовать научный симпозиум, распространить информацию о TERMIS. Будет правильно, если Россия станет активным членом Европейского отделения сообщества (TERMIS-EU). Мы будем рады приветствовать российское научное и клинические сообщества в TERMIS. У нас прекрасное живое сообщество и отлаженная инфраструктура, что будет обязательно способствовать результативности совместных усилий.

-Спасибо за беседу!

 

 


Председатель студенческого отделения TERMIS-SYIS на международном конгрессе 2012 года Georg Feichtinger-Недавно в Вене завершился TERMIS-2012, каковы Ваши впечатления от последнего конгресса? -С моей точки зрения, международная конференция TERMIS-2012 была абсолютно успешной. Мы опубликовали около 2500 тезисов от ученых со всего мира, были представлены 300 устных презентаций и 1200 постеров, всего конференцию посетило порядка 2000 исследователей. Эта была самая грандиозная конференция TERMIS, когда бы то ни было организованная.

-Что Вам понравилось в TERMIS 2012? Или, может быть, Вас что-то разочаровало? -Больше всего мне понравилось, что общий фокус конференции был смещен на клиническое применение стратегий тканевой инженерии. Мы услышали доклады, ярко демонстрирующие возможность переноса результатов исследований из лаборатории к постели больного. Единственным отрицательным аспектом, лично для меня, стало то, что я пропускал части научной программы из-за того, что был вовлечен в организацию конгресса. Однако участие в организационном комитете дает и свои преимущества, которые компенсируют отсутствие на докладах, например, такие как опыт и новые связи с коллегами.

-В этом году TERMIS был совмещен с Bone-tec? Для чего это было сделано? Не возникает ли у Вас впечатления, что если убрать из программы тканевую инженерию костей, то практически ничего не останется? -Конференция Bone-tec сама по себе была запланирована в те же сроки. Наша общая идея заключалась в том, что при внедрении такой части в TERMIS-2012, организаторы Bone-tec смогли получить большую чем обычно аудиторию, а TERMIS-2012 привлечет еще больше исследователей в области костной тканевой инженерии. Я не думаю, что костная инженерия составляет сейчас основную часть исследований в тканевой инженерии. Это правда, что многие из передовых методов терапии, применяемых в клинической практике уже сегодня, имеют отношение к опорно-двигательному аппарату. Как бы то ни было, не менее перспективные исследования проводятся в тканевой инженерии других клинически релевантных органов и тканей, таких как кожа, нервная ткань и сердце. Кроме того, сейчас разрабатывается огромное количество более общих подходов, не относящихся к конкретному виду ткани, такие как взаимодействие молекулярных паттернов на поверхности клеток, индуцированные плюрипотентные клетки (iPS) и мультипотентные мезенхимальные стромальные клетки взрослых. Это примеры исследований, от которых могут выиграть все направления тканевой инженерии, не зависимо от целевой специфической ткани.

-Как Вы думаете, почему так мало исследователей из России приняло участие в TERMIS-2012? Что можно было бы сделать, чтобы это исправить?   -Проблема с исследованиями в области тканевой инженерии в России вероятно в том, что помимо национальных особенностей практически не существует возможности интегрировать российские исследования по тканевой инженерии в такие международные сообщества, как TERMIS. Кроме того, проблемным моментом может служить отсутствие информации в России о том, что существуют международные специализированные сообщества и встречи, которые нацелены на продвижение исследований в тканевой инженерии и международный обмен опытом. Решение этой проблемы может лежать в повышении осведомленности российских ученых о таких организациях, как TERMIS, кроме того и в интеграции будущих международных российских конференций по тканевой инженерии  и национальных сообществ в TERMIS-EU.

-Что представляет из себя TERMIS? Для чего это общество было создано? -Общество TERMIS было основано для того, чтобы собрать вместе ученых заинтересованных в тканевой инженерии со всего мира и обеспечить возможность обмена знаниями, чтобы улучшить взаимопонимание в области регенеративной медицины через взаимодействие между исследователями. Это достигается с помощью регулярных ежегодных встреч наших представительств: TERMIS-Americas, TERMIS-EU и TERMIS-Asia, а также всемирных объединенных конференций, таких как TERMIS-2012, которые проводятся раз в 4 года для большой аудитории со всего мира. Кроме того, наше общество издает журнал Tissue Engineering – официальный журнал TERMIS, который стал одним из наиболее влиятельных в области регенеративной медицины.

-На Ваш взгляд, какие тренды существуют в тканевой инженерии сегодня? -Тканевая инженерия это междисциплинарная область исследований, ведущимися по большому количеству направлений, с целью достижения эффективного восстановления тканей и органов. Поэтому очень сложно выбрать конкретный тренд на настоящий момент. Одна область, которая недавно привлекла повышенное внимание, из-за вручения Нобелевской премии разработчику технологии Shin’ya Yamanaka, которая может принести пользу тканевой инженерии – генерация плюрипотентных стволовых клеток (iPS) из соматических клеток любого пациента. Эти клетки, как только будет показана их клиническая безопасность, смогут стать источником живых стволовых клеток для конструирования тканей. Кроме того, другим перспективным направлением в тканевой инженерии, о котором я осведомлен, является генерация составных поверхностей и органов из нескольких типов тканей, что должно стать основой для будущих разработок, в противоположность большинству начинаний сегодняшнего дня, сфокусированных на одном типе тканей. Исследования в этой области, не смотря на большое количество проектов, появляющихся сейчас, на настоящий момент находятся в зарождающемся состоянии.

-Каким областям тканевой инженерии, с Вашей точки зрения, не уделяется достаточного внимания? -С моей точки зрения, очень важно объединить биологию развития и тканевую инженерию, принимая во внимание, как близки эти области. Ответы на многие вопросы регенеративной медицины, вероятно, могут быть найдены в обобщении знаний о процессах развития  вовлеченных в генерацию тканей. Я был бы рад видеть больше исследований, вдохновленных биологией развития, нацеленных на минимальные манипуляции с клетками пациента для восстановления внутренних регенеративных способностей, вместо больших количеств искусственных биоматериалов, больших количеств ростовых факторов или экзогенных клеток для индукции регенерации ткани. Как бы то ни было, существуют ситуации, такие как серьезная травма, ведущая к большим дефектам, в которых даже при соответствующей стимуляции эндогенного репаративного потенциала, будет необходимо применение биоинженерных материалов для достижения хороших результатов.

-Какие достижения в области тканевой инженерии, на Ваш взгляд,  можно ожидать в ближайшие 10 лет? -Наибольший прогресс в тканевой инженерии, который я ожидаю в ближайшие 10 лет, это применение современных разработок в клинической практике, что позволит пациентам получить пользу от экспериментальной работы, ведущейся сегодня. Именно поэтому, тематика клинических аппликаций в тканевой инженерии имела приоритет на всемирном конгрессе TERMIS-2012.

-Расскажите, пожалуйста, о Ваших собственных исследованиях. Мое исследование нацелено на создание методов генной терапии без вирусов, на основе соматических клеток in situ. Это включает в себя транзиторную генетическую манипуляцию с клетками живого организма, например, в зоне дефекта, плазмидной конструкцией, которая кодирует ростовой фактор или фактор транскрипции гена, с целью индукции дифференцировки и последующей регенерации ткани. Такой вид терапии нацелен на усиление внутреннего регенеративного потенциала в зоне повреждения с помощью усиления экспрессии или избыточной наработки факторов морфогенеза без применения биоматериалов, рекомбинантных ростовых факторов, или экзогенных стволовых клеток. Мы, по существу, даем инструкции клеткам пациентов, что ведет к усиленной локальной продукции необходимых факторов морфогенеза самими этими клетками. Преимуществами такого метода терапии являются сравнительно низкая цена, высокая специфичность биоактивных факторов, продуцируемых клетками пациента, и потенциальная возможность разработки минимально инвазивных подходов терапии. Одним из основных ограничителей невирусной генной терапии, не говоря о сложностях клинических приложений, является низкая эффективность невирусного генетического трансфера. Поэтому мы исследуем неинвазивные физические методы усиления невирусного трансфера in vivo например, ультразвук.

-Расскажите, пожалуйста, о сложных и интересных аспектах исследований костной ткани? Существует ли «философия костной ткани»? И почему Вы выбрали генетический вектор для доклинических исследований? Планируете ли Вы дальнейшие клинические исследования?  -Костная ткань – хорошо охарактеризованная, очень интересная структура с большим количеством различных стадий созревания, проходящих за время развития, включая: хрящевую, низко оранизованный матрикс ретикулофиброзной кости, ангиогенез, резорбцию отеокластами и синтез  компактного вещества. Кроме того, костная ткань – одна из немногих тканей взрослого организма, которая способна к полной регенерации после травмы (реституции), а не только частичному восстановлению (как в рубцующихся тканях). Моя «философия костной ткани», которую я разделяю с другими учеными, заключается в отношении к кости как к органу, нежели чем, как к конкретному типу ткани. Это орган, который помимо своей функции механической опоры, представляет собой резервуар для стволовых клеток, а также включен в систему регуляции кальция, наряду с несколькими эндокринными сигнальным путями. Трансфер генных векторов in vivo в тканевой инженерии, как упомянуто выше, может оказаться для осуществления лечебной тканеспецифичной регенерации экономически более целесообразным и эффективным, по сравнению с современными клеточными технологиями, биоматериалами и ростовыми факторами. Кроме того, если преодолеть ограничения в эффективности трансфера невирусных векторов, появятся способы менее инвазивной и более экономически эффективной, терапии, которые смогут применяться непосредственно во время хирургической операции в один этап, и не будут требовать получения стволовых клеток, ассоциированного с дополнительными осложнениями, их экспансией in vitro в дорогостоящих условиях GMP. Проблема в переносе таких в высшей степени экспериментальных, но многообещающих подходов к терапии в клинику заключается в том, что термин «генная терапия» вызывает много сомнений, связанных с освященными 20 лет назад несчастными случаями в клинических исследованиях вирусной генной терапии наследственных заболеваний. Эти инциденты, хоть и относились к другой форме генной терапии и по показаниям, отличным от регенеративной медицины, привели к возросшей тревоге и усиленным регуляторным требованиям ко всем клиническим применениям в этой области. Поэтому, невероятно сложно организовать клиническое исследование для генного препарата даже в тканевой инженерии, где исключительно невирусные транзиторные методы применяются только локально, что считается безопаснее вирусной генной терапии. Даже если такая ситуация может разочаровывать исследователя, мне кажется, это, безусловно, выгодно для пациента, с точки зрения безопасности клинических исследований. Я считаю, очень важно гарантировать максимальную безопасность, если такие прогрессивные медицинские подходы, как генная терапия, привносятся в клиническую практику. Мы будем продвигать наше исследование в сторону клинического применения в будущем, не смотря на то, что для этого потребуется серьёзное финансирование,  особенно для демонстрации эффективности и безопасности у модельных животных. И, я надеюсь, мы сможем провести контролируемое клиническое исследование в течение следующих 10 лет.

-На ваш взгляд, стоит ли ускорять процесс внедрения лабораторных разработок в клиническую практику, или лучше действовать медленнее и осторожнее в применении тканевой инженерии в медицине? -Я думаю, нашими основными целями должны быть как оценка безопасности для пациента, так и выгоды от развития новых методов терапии. Учитывая, что большинство заболеваний, для которых сейчас развивается генная терапия, не относятся к непосредственно угрожающим жизни состояниям, они никогда не объяснят ускорение клинического применения ценой безопасности пациентов.

-Как бы Вы оценили законодательство в области тканевой инженерии в различных странах? В особенности США, Европейском Союзе, Бразилии, Китае? -Поскольку я не являюсь экспертом в области регуляторных вопросов, я могу быть не достаточно компетентен для того, чтобы сообщить конкретную информацию по этому вопросу. Но я знаю, что в Европе законодательство EMEA требует относить большинство продуктов тканевой инженерии, таких как клетки и ростовые факторы, а также генно-терапевтические препараты к передовым медицинским терапевтическим продуктам (ATMPs), которые регулируются по отдельным законам и чье внедрение в клинику затруднено, по сравнению с остальными препаратами. Кроме того, существуют большие различия в законах Европы, США и Китая по отношению к использованию эмбриональных стволовых клеток в исследованиях, которые могут быть жестко ограничены (как, например, в Австрии). Однако, недавние успехи в технологии iPS клеток, могут существенно снизить важность этого вопроса в будущем.

-Я знаю, что существует TERMIS-SYIS. С какой целью создавалось это подразделение? Как Вы оцениваете его работу? -TERMIS-SYIS – это очень успешное подразделение TERMIS для студентов и молодых исследователей, которое ставит перед собой цели продвигать взаимодействие молодых исследователей в области тканевой инженерии, поддержание их карьеры и разработок через организацию платформ для обмена опытом, таких как специальные мероприятия на конференциях (встречи с наставником, сессии посвященные карьерному выбору и сопредседательство в президиумах), а также денежные призы для молодых исследователей за лучшие устные доклады, лучшие постерные сообщения и  дорожные гранты.

-Как Вы считаете, нужно ли международное сотрудничество российским научным сообществам и для чего? -Полагаю, что российским научным сообществам, ориентированным на тканевую инженерию, взаимодействовать с TERMIS, для того чтобы увеличить информированность российских исследователей о международных начинаниях, и одновременно распространить результаты российских исследований в области тканевой инженерии на международном уровне. Я бы хотел пожелать российским исследователям принимать участие в международных конференциях, посвященным тканевой инженерии и в особенности в конференциях TERMIS, а также взаимодействовать с учеными по всему миру, поскольку профессиональные контакты и обмен опытом являются мощнейшим инструментом для развития регенеративной медицины в наших руках.

Подписаться на новости
316
Дата: 29 октября 2012 г.
© При копировании любых материалов сайта, ссылка на источник обязательна.
Подняться вверх сайта