Поиск Кабинет

Это было хорошее время. Три года в РязГМУ

 

Завершил свою работу в Рязани. Что сказать об этом периоде? – Это было хорошее время! Хорошее время во всех смыслах этого понятия: замечательный возраст, замечательный развивающийся университет, студенты, которые дарят больше радости, чем печали, прекрасные коллеги. Однако, все хорошее когда-либо заканчивается, настало время, причем в нашем случае оно настало позже, чем планировали на входе, поблагодарить всех с кем работал и взаимодействовал и отправиться дальше.
Интересно, что в Рязань я приехал работать с острова Панган в Сиамском заливе, а из Рязани улетел в предтибетский регион на север Индии в невысокие Гималаи…. И то, и другое настраивает на несколько философский лад.
Благодарен студентам, которые прислали несколько вопросов для обсуждения. С большим удовольствием отвечу на них. Необходимо понимать, что теперь студенты не составляют мало-мальски важного содержания моей жизни (давайте будем говорить правду); и что находясь вне университета еще более, чем раньше нет необходимости кому-то (искусственно) нравится, кого-то в чем-то убеждать или переубеждать, это позволяет быть самим собой и не заботиться о том, окажутся мои ответы кому-то близки, или нет, в конце концов, это не моя проблема, а читающего ответ на свой вопрос; и это легко позволяет быть честным. Прошу воспринимать мои ответы именно с этой позиции.
Благодарю всех, кто высказывал в своих вопросах доброжелательные пожелания и благодарности, тем более – всех, кто хотел высказать, но не стал.
Сгруппирую вопросы для удобства.


Расскажите, если не секрет, почему решили покинуть стены нашего вуза? Какие дальнейшие планы?
Роман Вадимович, почему уходите из университета и куда, если не секрет?
Как планируете дальнейшую деятельность? В Рязани? Или в Москве?

Давайте по порядку. В целом, какого-либо нового решения принимать не пришлось, поскольку переезд в родной город Санкт-Петербург не неожиданность. Как известно на работу в Университет меня пригласило руководство для решения совершенно определенных задач с одной стороны, и для приобретения интересного опыта мной – с другой стороны. Не вдаваясь в подробности, скажу, что по нашему общему пониманию такая работа должна была занять 2-2,5 года. Однако, как мы все помним, прошедшее только что полугодие было насыщено на важные для эффективного функционирования нашей большой кафедры событиями: аккредитация учебных программ – важнейшее не только для кафедры, но и для ВУЗа испытание, экзамены студентов в летнюю сессию, выпуск ординаторов с двумя экзаменами по каждой специальности, наконец – передача дел и должности новому руководителю кафедры, которое нужно было провести таким образом, чтобы не пострадал учебный процесс. Поэтому было естественным задержаться на полгода, и эти полгода и выдались достаточно огорчительными. Все же уходить нужно вовремя)
Как взрослые люди, мы должны понимать, что помимо наших желаний есть объективная процедура: преподавательские должности – ассистент, доцент, профессор, а также должности руководителей кафедры выборные. После того как в прошлом году была слита в одно целое кафедра гистологии и патанатомии, был объявлен конкурс на должность заведующего. Я не стал подавать заявку (документы) на него, поскольку знал, что поеду домой. Было бы бесчестно по отношению к Ученому совету и к Университету в целом участвовать в выборах и в случае победы…. через несколько месяцев помахать ручкой? Нет, считаю, что так поступать нельзя.
Что касается мотивации. Достаточно часто меня спрашивают – а на зачем Вам Питер? Чаще всего мне кажется, что люди спрашивают о таком в шутку, ради стеба… Нет? Как на такое ответить? – Скажите пожалуйста, где более комфортные условия для профессионального роста, допустим, в моей специальности? Где более адекватные современности зарплаты? Знаете, в СПб часто проходят большие конгрессы, многие и просто так на выходные туда отправляются. Знаю, что даже этим летом у меня в родном городе были многие, некоторые с семьями, в хорошую погоду… на метеоре по Неве в Петергоф, на фонтаны… Красота? А теперь представьте, что у вас в этой красоте – дом, семья, друзья, коллеги, …аэропорт, наконец))) – Ваше решение? – Сколько Вы проработаете в другом месте, при учете, что жизнь пройдена до половины (оптимизм)? Что впереди Вам будет необходимо давать образование детям? Поэтому, все очевидно, просто и прозрачно. И Рязань, и Университет – прекрасны, но… как в песне «Но, коль, выпало мне питерцем быть….».
Сухой остаток: мой уход и запрограммирован, и известен был еще на входе. За это время нам вместе – и с руководством, и со студентами, и с коллегами со всей страны и зарубежья было сделано немало.
Что касается вопроса о том, где работать? Как известно, я продолжаю свою работу – чрезвычайно насыщенную и интересную – в Москве, руковожу рядом биотехнологических стартапов, резидентов Сколково. У нас достаточно большая и разветвленная по стране научная группа – все студенты, которые с нами работают знают об этом, учатся у наших супервайзеров, перенимают лучшие практики и приносят их в Университет. Буду ли я продолжать педагогическую деятельность – вопрос открытый. С учетом моего профессионального анамнеза, недостатка в интересных предложениях нет. Посмотрим. В любом случае решать придется скоро.

 

Вы говорили, что с ректором у вас была команда, как он отреагировал на ваш уход, как изменились отношения?
Они испортились.

Есть ли шанс на развитие гистологии да и науки в целом в Рязани?
Вопрос очень широкий. Тут нужно понять, о чем речь – о гистологии или о патогистологии, как диагностическом методе. Если говорить про первое, то…. Это в целом на сегодняшний день (к сожалению) умирающая специальность и дисциплина. Биологов мало, круг биологических вопросов, которые можно решить гистологическим методом очень узок (с учетом возможностей 21 века), врачей, которые решили стать гистологами и вести полунищенское существование – единицы; Учителя – гистологи вымерли (извините). Если мы говорим об учебной дисциплине гистология, то руководители ВУЗов (медицинских) как правило стремятся поместить этот раздел в другие кафедры (в т.ч. по вышеозвученным причинам) – биологии, анатомии, патанатомии и т.п. Поэтому в целом в стране ничего хорошего гистологию не ждет. Крайне необходимым для ее выживания является наличие лаборатории, где могли бы активно и свободно работать студенты. Мы просто обязаны создать большую, творческую выборку студентов, у которых будет свободный доступ к средствам получения научной информации – оборудованию, реактивам. Именно такую модель мы и опробовали в РязГМУ, в целом она сработала. И если прежний статус и студентов-кружковцев и свобода в лаборатории сохранятся – то, пользуясь вашей терминологией – шанс есть. Однако всего перечисленного мало. Нужны еще мозги с идеями, современными, адекватными, конкурентноспособными. Если лаборатория вместо дела начнет заниматься какой-нибудь мутью уровня середины прошлого века – морфометрией ядер или оценкой влияния БАДов на печень….. то ничего хорошего гистологию (НЕ ПУТАТЬ С МИКРОСКОПИЧЕСКОЙ АНАТОМЕЙ!!!) не ждет – в целом, кому интересно – почитайте тут и тут
https://elibrary.ru/item.asp?id=39215372
https://elibrary.ru/item.asp?id=38173890
В этом смысле, конечно, я неравнодушен к тому, как будет развиваться гистологическая часть кафедры и лаборатория. Однажды, после первого курса в СПб, мне, как "военкору", удалось попасть домой к писателю Виктору Викторовичу Конецкому (например, он написал сценарий к Полосатому рейсу, кучу веселых книжек). Виктор Викторович был человеком чрезвычайно жестким, сказывалось военное детство и служба в гражданском флоте… Он сказал фразу, которую я крепко запомнил: «Уж я-то знаю, как быстро без людей ржавеет железо». Если студенты будут иметь доступ к руководителю кафедры или в лаборатории на полчаса два раз в неделю, если работа превратится в никому ненужный формализм для отчетов, для склада какой-нибудь отчетной шлаковой макулатуры для очередного толстощекого бюрократа – шансов никаких, «железо заржавеет» - в самом широком смысле. Наблюдая за динамикой развития нашего морфологического сообщества только за прошедший сентябрь, достаточно часто вспоминаю профессора С.А. Повзуна с его любимой присказкой из анекдота – «вам шашечки или ехать»? Вам эффективное, качественное и быстрое изготовление гистологических и иммуногистохимических препаратов для университетских коллективов или нелепый формализм, хождение по кругу вокруг проблем? Все то, что еще полгода назад в лаборатории мы решали и делали за два вечера или неделю уже месяц не может двинуться с места. В конечном итоге все морфологические лаборатории Университета при таком подходе превратятся в лишенные жизни музейные экспонаты.
Если мы подразумеваем в вашем вопросе патогистологию, то до тех пор, пока есть онкологическая и хирургическая службы, она будет развиваться и расти. На сегодняшний день в Рязани есть и прекрасные доктора-патогистологи (патологоанатомы), и лаборатории, и видение будущего развития этого направления.

 

 

 



РязГМУ - это хороший ВУЗ для тех, что не в столицах? (оптимал за свои деньги)
Я тут плохой ответчик. Во-первых, я учился 20 лет назад (было качественнее), во-вторых, в СПб (было требовательнее и качественнее), в-третьих, в Военно-медицинской академии (без комментариев). Поэтому я физически начинаю болеть, когда вижу, как сейчас у нас в стране учат врачей. Это просто плохо. Есть редкие пятна на карте – Казань (Университет ВНЕ системы Минздрава) и еще единицы. Среди Минздравовских ВУЗов, безусловно РязГМУ – один из лучших. Как известно, я часто езжу в регионы, вижу состояние медвузов, состояние мозгов преподавателей и руководителей медвузов. Мое субъективное мнение: в существующих условиях, в рамках возможного – РязГМУ очень прогрессивен и руководство делает максимум возможного и невозможного, чтобы расширить существующие рамки и обеспечить качество. Поэтому, если мы сравниваем со «средней температурой по больнице» - состоянием ВУЗов в России, то это прекрасный уровень. Но при этом нужно не терять голову в связи с «головокружением от успехов», а понимать, что вся система глубоко больна, и в тои числе – нищетой, в связи с которой развивается и большинство остальных пороков.

 

Что для Вас значат годы, проведённые в РязГМУ? Что Вам нравилось в нашем ВУЗе, а что хотелось изменить?
Интересная работа по контракту; попытка антикризисного управления в конкретной не очень-то управляемой области. Как уже писал выше – «это было хорошее время». Вы знаете, после окончания ВМедА я не служил в обычной части, а был распределен непосредственно же в Академию, поэтому с юмором воспринимаю 3 года в Рязани как отданный мною долг Родине)))
Любая организация, любой Университет – это же не просто стены и география; во многом это люди. Команда коллег, которые сейчас «делают» университет – на мой взгляд, великолепная. В полушутку говорил кому-то на лекции, что идеальной картина мира выглядела бы в случае, если бы можно было выкопать университет из Рязани и пересадить его в Петербурге; этот цветок на столичных просторах расцвел, вероятно, еще мощнее.
Означает ли это, что за эти три года мне не встречались в Университетских коридорах и кабинетах мудаки? Нет, не означает. Встречались; целых два, разнополых. Но опять же, фокус состоит в том, что мудаки они не по злости, не по первородной своей мудачности, а потому что именно так понимают свою работу, именно такой паттерн исполнения служебных обязанностей кажется им отвечающим задачам руководства, велениям времени, развития своей карьеры и т.п. На самом деле все конечно не так, психоэмоциональная депривация на этапах развития, роста и обучения, приводят именно к таким скудным объемам нейронных связей в мозгу, и, как следствие к мудаческой модели поведения, регулярному подхрюкиванию в сторону существующего и несуществующего начальства.... Черт с ними, простим. Но, девушки! Слушайте во время беременности Моцарта и русскую классику, читайте книжки и ходите в музеи – развивайте нейронные связи у своих чад еще внутриутробно! Больше путешествуйте, расширяйте собственные горизонты, это профилактирует зашоренность.
Считаю своим приятным долгом поблагодарить и виртуально пожать руку (девушек – поцеловать) очень многим коллегам, которые не только помогли выполнить фактически все сформулированные задачи по развитию кафедры и Университета, но и сделали работу в Рязани продуктивной и комфортной. Заранее прошу прощения всех, чьи имена не назову – не обижайтесь, мы продолжаем регулярно взаимодействовать, поэтому все эти слова я говорил лично. Тем не менее, спасибо Дмитрию Сураеву, Евгению Преснякову за то, что Вашим трудом наш кафедральный СНК стал не просто лучшим в Университете, а блестящим, образцовым для всех. Напомню, что посмотреть и позавидовать нашей общей работе приходили и представители руководства, и коллеги-врачи с других кафедр. Антон Борисов – спасибо тебе, за то, что нашу жизнь сделал такой красивой и креативной. Екатерина Козырева, спасибо за невероятно синергичную и блестящую работу в лаборатории. Действующих должностных лиц Университета перечислять не буду, все искреннее уже сообщил, а вот бывшему проректору по АХЧ Григорию Александровичу Агаяну – мое почтение; отдельное спасибо нашим кафедральным ассистентам, благодаря креативности которых немного преобразился наш Университет, да и Рязань. Напомню, что по предложению Павла Игоревича Слесарева на здании морфологического корпуса была установлена памятная доска профессору В.Г. Папкову; благодаря предложению Евгении Игоревны Шумской наконец-то (!) в Университете появился памятник Ивану Петровичу Павлову.
Разумеется есть и side-effect, нашлись и те люди, на которых я напрасно потратил время – не с профессиональной точки зрения, а с человеческой. Ну что же, однажды они столкнутся с таким же отношением своих учеников к себе. Напомню им в назидание первую часть Клятвы Гиппократа – нашей профессиональной морально-этической скрепы, которую они нарушили: «Клянусь Аполлоном, врачом Асклепием, Гигиеей и Панакеей, всеми богами и богинями, беря их в свидетели, исполнять честно, соответственно моим силам и моему разумению, следующую присягу и письменное обязательство: считать научившего меня врачебному искусству наравне с моими родителями, делиться с ним своими достатками и в случае надобности помогать ему в его нуждах; его потомство считать своими братьями, и это искусство, если они захотят его изучать, преподавать им безвозмездно, и без всякого договора; наставления, устные уроки и всё остальное в учении сообщать своим сыновьям, сыновьям своего учителя и ученикам, связанным обязательством и клятвой по закону медицинскому, но никому другому».
Что касается необходимости что-то менять в Университете… Понимаете, процесс совершенствования – это процесс постоянный; Университет ежедневно совершенствуется, в том числе и методом «проб и ошибок», но не ошибается тот, кто ничего не делает. Давать советы из-за забора, когда уже не относишься к университетской семье все же некорректно. То, что необходимо было поменять на наш взгляд, мы активно и последовательно собственным трудом меняли в течение трех лет.

 

 

Правда ли, что Ваша цель стать ректором военмеда?
Тссссссс! Это же военная тайна! :-)
Итак, в Военно-медицинской академии нет ректора, это отдельная военная часть, поэтому там командир, который называется особым образом – начальник. Конечно, когда был в возрасте задававшего вопрос разумеется хотел (плох тот солдат, который не мечтает стать генералом!). С «высоты» этого возраста всегда кажется, что знаешь, как нужно поступать в той или иной ситуации, что и как строить и т.п. По мере взросления это желание пропало, теперь от него и следа не осталось. Не потому, что как-то изменилась Академия, нет; служить или работать в Академии – это и счастье, но и крест, одновременно.
Однажды вы почувствуете, что есть такая категория людей, к которым, как думается, отношусь и я, которые не рвутся на начальственные позиции (хотя легко в три хода могли бы их добиться), а стремятся изменить что-то более фундаментальное и важное. Или не изменить, а просто сидеть под пальмой, потягивать Лонг через трубочку и посмеиваться… Иными словами, нет у меня таких амбиций, но если Родина скажет «надо» и мне будет ясно, что действительно будет надо (и речь не про Академию, а например… про кафедру РязГМУ три года назад, или что то иное), - закатаю рукава и пойду работать.

Сколько стоит экзамен пат анатомии? 
Понятия не имею; правильнее спросить заведующую кафедрой, но думаю, что в ответ вы получите недоумение. Если вы хотели спросить сколько стоИЛ – то отвечу, нисколько, мы не торговали экзаменами и зачетами. Если у вас был какой-то иной опыт в этом вопросе – сразу идите в полицию и пишите заявление. Напомню, что для сведения к минимуму рисков подобного мы ввели ряд нововведений: замену преподавателя после первого семестра изучения дисциплины, сдачу зачета «чужому» преподавателю, мою личную регистрацию студентов и выбор билета на экзамене и больше части пересдач.
Расскажу одну историю (или одну из историй), о которой теперь, вероятно, уже можно рассказать, так как заседание суда уже состоялось. Выходя однажды из дома и направляясь к своей машине, чтобы поехать на работу, я столкнулся некой дамой, которая представившись мамой одного из обучаемых, пыталась коррумпировать меня, а именно осуществить подлог с ведомостями и т.п., поскольку ее ребенок не сдал экзамен на какой то из запредельных последних попыток. После того, как этим делом занялась служба безопасности, выяснилось вообще замечательное, что некий сотрудник сил правопорядка за долю малую обещал ребенку решить вопрос с кафедрой…. Но угодил в результате на скамью подсудимых – вполне заслуженное для себя место. Да, сотрудники кафедры испытали ряд неприятных моментов, когда ходили к следователю на допросы, а мне пришлось выступать еще и свидетелем на судебном заседании. Это было не слишком приятно, как неприятно любое столкновение с правоохранительной системой, но главное – честь кафедры и Университета были защищены, а негодяй приговорен.
В этой связи, то немногое, что меня расстроило в последние дни работы в Университете, это когда мне стало известно о каких-то нелепых слухах и сплетнях, причем из среды коллег по цеху, о какой-то нашей кафедральной нечистоплотности и вымогательствах с нашей стороны. Предлагаю существу (шайтану, по терминологии Р.А. Кадырова), который придумал эту гнусность, вооружиться нашей открытостью и прозрачностью, нашим уровнем честности и здравого смысла, нашим уровнем радения за качество медицинского образования и будущее отечественной медицины, не на словах (сплетнях), а на деле (желательно с результатами) и открыто привести факты. А если таковых нет – прикусить свой поганый язык. Завидовать – нехорошо :-)
Для студентов, обучающихся на коммерческой основе ответ может быть иным: стоимость экзамена по патанатомии включена в стоимость обучения на 2 или 3 курсе. А стоимость хронической несдачи для семейного бюджета, будет составлять расходы на жизнь в течение лишнего полугода в Рязани.

 

 

Какая группа показала себя лучше всех на экзамене по пат анатомии?
По прошлому году номер группы не помню; мы ввели у себя правило награждать памятным дипломом того преподавателя, чья группа показала наилучший результат на экзамене. Такие дипломы получили доцент кафедры С.А. Анисимова и ассистент П.И. Слесарев. В этом году в таком рейтинге на первом месте стоит группа 23 (лечебный факультет) со средним баллом 4,54, выпускавший педагог – ассистент И.Б. Глуховец.

Валили специально студента?
Уф… нет. Зачем? Вы сами валитесь от дуновения ветерка…. Послушайте, время сессии – зачетов и экзаменов – это самое гнусное и горькое время для преподавателя. Кого тут еще и куда валить-то? Напротив, тянешь как можешь, пытаешься спасти, кидаешь спасательные …якоря… Ничего не помогает.
Не понимаю такой системы отношений между преподавателем и студентом. Безусловно, в нашем цеху есть такие особы, которые компенсируют какие-то свои личные переживания, комплексы за счет студентов, вымещают что-то на них, ну гнать таких надо. Вон из профессии!

 

 

Советы будущим врачам?
В прошлом университетском интервью мне такой вопрос уже задавали. Почитайте тут http://genescells.ru/news/svoy-chelovek-deev-roman-vadimovich/. У меня нет советов для всех и сразу. Я пока до такого не созрел. Но, чтобы не оставлять Ваш вопрос без ответа приведу слайд, который показывал курсантам заведующий кафедрой военно-полевой хирургии Военно-медицинской академии профессор Игорь Маркелович Самохвалов. Разумеется, подписываюсь под каждым тезисом.

 Назовите наиболее перспективных студентов среди тех, кого вы знаете в РязГМУ.
Вы же понимаете, что на такой вопрос сформулировать ответ невозможно.
Поймете через несколько лет, когда наиболее перспективных (в моем понимании) я заберу работать к себе))))))
Помните фразу из фильма Марка Захарова («Тот самый Мюнгхаузен»): «Мой лучший друг меня предал, моя любимая отреклась. Я улетаю налегке»? Так вот, конечно, в этой ситуации я не улетаю налегке. Остаются наши кружковцы. Надеемся продолжать с ними работать. Однако и им придется вынести свои представления о работе и свое сознание за рязанский контур; тот стереотип работы, который мы применяли тут – и хорош, и нужен для создания «критической массы» заинтересованной молодежи на выжженном пустынном месте. Теперь же мы будем «играть» по взрослым правилам, по стандартам, принятым в развитых обществах. И не все смогут удержаться – как студенты, так и врачи.

Расскажите об искусстве поиска медицинской информации! Как в современной свалке информации (интернете) искать «алмазы» и обходить «экскременты» ?

Это самый простой вопрос. Ответ: англ.язык или гугл-переводчик, а далее читаем тут:
www.pubmed.com – по каждому вопросу берем выборку обзоров за крайнее десятилетие; платные статьи открываем при помощи ресурса Александры Элбакян.
Всю правду о клинических исследованиях узнаем тут – www.ClinicalTrials.gov
На самый худой конец – Российский Индекс Научного Цитирования.
Все остальное – в печь! Иного не дано.

 

 

Роман Вадимович, а как вы относитесь к МПФ? По вашему мнению они заслуженно носят звание «Врачей»? 
Никак по особому; точно также, как и ко всем. Вас это беспокоит? А почему? Меня, врача, это совершенно не беспокоит. Рекомендую относиться к этому с формальной точки зрения, а именно опираться на Приказы Минздрава и Минобра, Федеральные государственные образовательные стандарты. Как только там исчезнет термин врач (а что появится? Вы что-то хотите предложить?), значит будем называть иначе. Уверяю Вас, что это не просто последняя, а самая ничтожная НЕпроблема современного российского образования и здравоохранения. На ее обдумывание не рекомендую тратить времени.
Можете дать оценку деятельности кафедры патофизиологии, её лекционного материала и качества обучения. Ведь патофизиология тесно связана с вашим предметом.
Не могу.
Как минимум не знаком с деятельностью кафедры, не посещал лекции, ничего мне не известно и о качестве. Моя точка зрения на этот предмет совпадает с точкой зрения 2/3 или даже 3/4 человечества – такого предмета попросту не существует. Но в нашей стране так исторически случилось, что еще в XIX веке патология была из-за во многом конъюнктурных соображений разведена на две самостоятельные дисциплины, мы это несколько раз обсуждали на лекциях. ВНИМАНИЕ: это ничуть не умаляет заслуг ППС кафедры патофизиологии и моего глубокого к ним уважения, что, однако, не меняет мою точку зрения – от раздельного преподавания патофизиологии и патанатомии ничего кроме вреда нет.
Вместе с тем, я не забываю, что аспирантура на гомеопатическую тему и допуск к преподаванию открытых гомеопатов вызывают, как минимум, настороженность (в голливудском кино сказали бы: какого черта у вас там происходит???).
Гармонизировать обе дисциплины – и руки не дошли предлагать, да и в текущий момент времени это невозможно. Но знайте, что в нашей стране уже есть ряд университетов, где предмет преподается вместе, как и в целом на планете Земля за пределами благословенного Отечества.

Гистологическая "школа" Рязанского медицинского, умерла? Что вы думаете о будущем гистологии на Рязанской земле? Ведь будем честны, уровень знаний в этой области крайне низок, у тех, кто учился, до ваших реформ.

Понимаете в чем дело, само понятие «научной школы» несколько странное, непринятое в большинстве остальных стран. Непринятое как мейнстрим, а у нас наоборот. Никогда об этом не задумывались? Раньше больше, сейчас меньше, но я достаточно регулярно посещал зарубежные университеты и никогда с этим не сталкивался. Допускаю, что у нас свой путь, но все же излиший, почти поповский культ вокруг «основателя школы такой то….» - это немного религиозное явление. Более того, прошлое нам на многих примерах в медицине показало, что часто, когда фамилией авторитета заслеплен взор, совершаются ошибки, большие и маленькие. Взор все же должен быть в нашем деле беспристрастным, а не затмеваться именем корифея.
Вероятно правильнее говорить об ином. Достаточно ли в Рязани квалифицированных специалистов, в частности по нашим дисциплинам? Способны ли они в должной мере и на должном уровне качества обеспечить диагностический процесс и т.п. Проблема не в «школе», проблема в квалифицированных сотрудниках, квалифицированных специалистах; и мне совершенно не важно как администратору приедут они из Санкт-Петербурга, Барнаула или самозародятся в Канищево или на Высоковольной улице.
Но, если вы имеете ввиду школу В.К. Белецкого – фактически да, последний профессор, выходец из «шинели Белецкого» трудится в Москве, последний патологоанатом-рязанец – в прошлом году ушел на пенсию. Я имею ввиду патологоанатомическую школу. Школа исчезает не со смертью основателя, а с уходом учеников с прекращением их воспроизводства. Если говорить про именно гистологическую школу, то она умерла горазда раньше, пару десятилетий назад, в тот момент, когда гистологи перестали заниматься мало-мальски важными, полезными, актуальными и ценными исследованиями, а вернее – вообще перестали заниматься исследованиями.
В целом, вообще ничего хорошего о будущем гистологии не думаю. См. выше. Открыто пишу. Проблема «школ» - если вы настаиваете на необходимости этого понятия, - это не проблема знаний (которые были низки до меня, при мне, и, разумеется будут низки и теперь), а проблема вовлечения молодежи в наши специальности, это проблема мотивирования и рекрутинга талантливых и заинтересованных, неравнодушных ребят, это проблема умения сформулировать зачем идти по этому пути и, собственно, начертить этот путь. И почти никогда это не проблема денег (хотя способность обеспечить вовлечение и работу студентов – это очень важно, все эти годы мы всегда старались, чтобы наши работящие студенты так или иначе получали денежные вознаграждения – грантовые, хоздоговорные и др.), как говорил Н.И.
Пирогов, «Там, где царит дух науки творится великое и малыми средствами». Але, начальники, - НАУКИ, а не дух отчетов, бюрократии и тоски зеленой.

Вы были женаты, Роман Вадимович?
Нет.

Роман Вадимович, при всём уважении, сколько вы зарабатываете? - $$$$
Ровно столько, чтобы позволить себе три года жить в Рязани.
Если говорить о зарплате в Университете, то она более чем достойна для конкретного субъекта федерации. Кажется в моем статусе это в 2 раза больше среднего официального заработка медработника в регионе (у докторов наук и профессоров больше), плюс внутреннее совместительство как у научного сотрудника, получается в 2,5 раза больше среднего. Но средняя величина дохода в рублях за год получается выше за счет премиальных выплат и отпускных. Кроме этого, нельзя забывать, что Университет компенсирует затраты на занятия спортом; ввел для ППС систему эффективного контракта, согласно которой раз в год сотрудники получают выплату за научные работы, доклады, созданные монографии и учебники и т.п. Это означает, что энергичные и целеустремленные люди, в которых, безусловно, Университет заинтересован, зарабатывают сумму, кратно превышающую среднюю зарплату медработника по Рязанской области.

 

 

Роман Вадимович, что для вас самое главное в жизни? 
Странный вопрос. Как и для всех – конечно же любовь.
Вот давайте под занавес разговора и расскажу вам три байки о любви.
Две из них уже рассказывал, когда прощался с кружковцами, а одна будет новая. Возможно они до некоторой степени объяснят все то, что мы делали на протяжении этих трех лет.
В Петербурге существовало относительно элитное образовательное учреждение для детей – гимназия Карла Мая. Этот немец завел школьный бизнес в столице и дети из семей, способных оплатить обучение охотно отдавали туда своих отпрысков - http://www.kmay.ru/about.phtml. Много знаменитых фамилий (династий) заканчивали это учебное заведение. Сам Карл Май каждое утро встречал учеников и справлялся об их настроении. Основной девиз и самой школы, и ее хозяина звучал так: «Сначала любить, потом учить». Собственно, и мы на кафедре исповедовали тот же принцип, относясь к каждому студенту с позиций презумпции достоинства, авансируя его нашей известной доброжелательностью. Однако, к учебным вопросам, к вопросам овладевания содержанием предмета мы относились неизменно требовательно, что, собственно, и выразилось в нашей формуле доброжелательной требовательности.
Вторая история, записанная одним из выпускников Военно-медицинской (Медико-хирургической) академии XIX века, в издании, посвященном юбилею своего выпуска. Автор рассуждал об отличиях своей Alma mater от других ВУЗов; среди прочего он писал (близко к тексту), о том, что профессора (преподаватели) относились к студентам так, словно видели в каждом студенте продолжение своего Я. Так и мы стремились к тому, чтобы видеть и «выращивать» в каждом нашем кружковце продолжение своего профессионального Я, будущую реинкарнацию своего сознания и квалификации.
И, наконец, третье – уже не про школу и не про институт, а про жизнь; что важно, поскольку в ходе совместной работы неизбежно возникают личные отношения. Опытные мудрые патологоанатомы учили меня: «Рома, любовь нельзя заслужить, ее можно ТОЛЬКО получить в подарок»! Вот исходя из этой совершенно справедливой концепции, благодарю всех студентов и коллег, которые на протяжении этих совместных лет дарили любовь к гистологии, патанатомии и генетике! Спасибо всем, кто дарил свою любовь к науке вообще и к нашим совместным занятиям. Так вижу, что это время мы провели в любви и согласии; мы достигли такого уровня искренности, тепла и пользы, что аж дух захватывает!

Дорогие коллеги-педагоги, даже и не думайте это повторить)))

 

 

 

 

Подписаться на новости
1006
Дата: 30 сентября 2019 г.
© При копировании любых материалов сайта, ссылка на источник обязательна.
Подняться вверх сайта